В ситуации, когда работник выражает желание уйти с работы нетрадиционным образом, возникают интересные правовые коллизии. Часто работодатели не спешат увольнять сотрудников, полагая, что их заявления оформлены неправильно. Однако, как показывают судебные разбирательства, достаточно ли обычных формулировок, чтобы признать намерение работника окончательным?
Суть дела: неожиданное заявление от маляра
Работница, проработавшая более 20 лет маляром в муниципальном учреждении, столкнулась с тяжелыми условиями труда и проблемами в коммуникации с коллегами. Устав от конфликта, она передала своему руководителю нестандартное заявление, в котором четко выразила свое желание уйти: "Прошу уволить меня, потому что мне надоела ваша крысиная возня. Работать с вами дальше не хочу".
После этого инцидента работница перестала приходить на рабочее место. Однако работодатель не был так уверен в правомерности ее запроса и продолжал фиксировать ее отсутствие, отправляя письма с просьбами объяснить ситуацию. На эти письма от работницы реакции не последовало, и спустя время она обратилась в суд с требованием признать свой трудовой договор расторгнутым.
Решение суда первой инстанции
Работница утверждала, что поданное заявление об увольнении наделяет работодателя обязанностью расторгнуть договор. Она заявила, что неправомерные действия работодателя фактически удерживают ее в штате и мешают устроиться на другую работу.
Работодатель настаивал на том, что заявление не соответствует стандартам и является лишь эмоциональным высказыванием, возникшим на фоне конфликта. Однако суд первой инстанции принял сторону работницы, находя в заявлении ясное намерение прекратить трудовые отношения.
В итоге работодатель был обязан расторгнуть договор, выдать трудовую книжку и выплатить около 260 тыс. рублей в пользу работницы.
Разворот в апелляции
Тем не менее, в апелляции работодатель настойчиво добился отмены решения, аргументируя, что фраза "я увольняюсь" не составляет четкого намерения уйти, а является эмоциональным высказыванием. Суд отменил предыдущее решение, оставив трудовой договор в силе.
Однако сама работница не оставила это без внимания и обжаловала решение. Кассация постановила, что закон не предписывает строгих формулировок для заявлений об увольнении. Главное — это волеизъявление работника. В конечном счете, трудовой договор был признан расторгнутым, а работодателю вновь предстояло выплатить сумму около 260 тыс. рублей.
